История. №30 (№2).
Начало христианского просвещения славянских народов. II период.
1. Архиепископия святителя Мефодия Моравского, ее историческая судьба.
2. Противление немецкого духовенства и князя Святополка Моравского. Исход борьбы.
3. Свидетельство и изгнание из Моравии учеников святителя Мефодия. Заключение.

После кончины равноапостольного Кирилла (+ 14 февраля 869 г.) его брату еще предстояли большие труды – и большие скорби. По слову преподобного Исаака Сирина, “никто не всходил на небо, живя прохладно; и путь Божий есть ежедневный крест”.
После кончины брата (так и оставшегося для Рима Константином Философом) святой Мефодий еще некоторое время оставался в Риме, в конце 869 года был посвящен в священнический сан и послан (в начале 870 г.) к князю Коцелу в Паннонию. Сразу возникает вопрос: почему не в Моравию, к благочестивому князю Ростиславу, уже принимавшему святых братьев и знавшему, конечно, что их апостольская миссия далеко не завершена.
Но обстоятельства существенно изменились. Весь 869 год в Моравии смуты, война, наконец, междуусобная война. Благоверный князь Ростислав действительно в 869 году ввязался в ненужную – и неудачную войну с Баварией (южно-немецким королевством) и Тюрингией. Поднялось, как бы в помощь ему, целое западнославянское ополчение; но проку от него вышло мало. И вот немцы наступают – и уже осадили Велеград, столицу Моравии. Правда, защитникам удалось город отстоять, осада снята, немцев гонят; да предал Ростислава его племянник Святополк, воспитанный в Германии у Каролингов – потомков Карла Великого. Ростислав был выдан своему врагу, немецкому князю Карломану, ослеплен и заключен в монастырь (в Баварии). Там вскоре и умер (в 870 году).
Необходимое пояснение о Святополке.
Как уже было сказано, воспитан он был в Германии; и по привычкам, по навыкам – немец; впоследствии он всегда (несмотря ни на какие вразумления) будет поддерживать немецкое духовенство – против святителя Мефодия и его учеников.
Это классический пример государя, чуждого стране, - без почвы, без корней, без национального идеала. (В России таков был Петр III – не знавший по-русски, выдававший во время Семилетней войны Германии российские военные секреты и открыто говоривший, что предпочел бы быть поручиком в Германии, чем в России императором).
На этот раз предательство Святополку даром не обошлось. Карломан овладел столицей, разграбил государственную казну и княжеские сокровища в Велеграде. Ясно, что вся ситуация в стране далеко не благоприятствовала духовно-просветительской деятельности.
Всё это как нельзя лучше было известно в Риме. Поэтому святой Мефодий и был послан не в Великую Моравию, а в Паннонию (столица Мосбург близ Балатонского озера).
Но и тут немецкое духовенство всячески затрудняет ему не только проповедь, но и церковно-административную деятельность. Князь Коцел – не хочет ссориться. Естественно, он ищет посредничества у папы и посылает святого Мефодия снова в Рим.
И вот тут, наконец, в 871 году святой Мефодий получает посвящение от папы Адриана II во епископа: архиепископа Моравии и Паннонии. Этого посвящения немецкие епископы не признали. В 873 году они, с некоторым опозданием, подали папе объяснительную записку со ссылкой на Карла Великого, акт 798 года: Паннония причислена Карлом к Зальцбургской епископии.
В ноябре 871 года, то есть немедленно по прибытии в Паннонию, святитель Мефодий был приглашен в Зальцбург на суд; он и поехал. Но оказался обман; немецкие пастыри всегда пренебрегали каноническим послушанием. (Это сказалось и в событиях 1075 – 1077 годов (т.н. “Каносса”) и даже и в том, что именно Германия стала очагом реформации). Никакого суда, в сущности, не было; была расправа: прямо на соборе святому Мефодию наносятся удары хлыстом.
Ответ Мефодия был полон спокойного достоинства: “Если бы я знал, что это ваша область, я бы и не пошел в нее, но так как это область св. Петра, то мне не в чем оправдываться перед вами”.
Итак, святитель Мефодий исповедует каноническую верность Римскому папе; он и впоследствии пронесет ее как знамя во всю свою жизнь. Его заключают под стражу в Швабии и держат там до конца 873 года, то есть около 2-х лет.
За это время и в Риме произошли некоторые изменения. Папа Адриан II был, разумеется в курсе дела (святитель Мефодий пишет и жалуется – в Рим!), но, по-видимому, решил не связываться; а в 873 году он уже и скончался. Но новый папа Иоанн VIII, немедленно по вступлении, посылает клятву на всех этих деятелей Зальцбургского судилища и затворяет все церкви Зальцбургской епископии, пока держат в заключении Мефодия.
К счастью, немецкое духовенство ориентировалось на своего короля Людвига Немецкого; он же не хотел ссориться с папой и предоставил ему полную свободу в устроении Паннонии. Тогда папа восстановил Мефодия в его церковных правах в Паннонии; но напоминает, что пора и в Моравию. Участников же Зальцбургского “собора”, и с Мефодием пострадавшим, он вызывает на суд в Рим (конец 873 года – начало 874 года).
Тем временем события в Моравии разворачиваются с большой энергией. Народ поднялся на защиту страны от немецких оккупантов; нашелся и народный герой Славомир, возглавивший освободительное движение. Со своей стороны Святополк, испытав положение жертвы предательства, опомнился; он вскоре вошел в соглашение с восставшими, выдал им немцев и вновь устроил Моравию самостоятельным государством.
В 879 году заключен, наконец, мир между Моравией и Германией. По условиям этого мира Моравия признана свободной от притязаний баварского духовенства, то есть исключена из состава Пассавской епископии (2-я пол. 874 года).
И вот, наконец, святитель Мефодий в Моравии; он усердно занимается ее церковным устроением, подготовкой кадров священнослужителей, дальнейшим переводом Священного Писания и богослужебных книг.
Евангелие и книги Нового Завета к этому времени уже переведены целиком. Впоследствии, уже в начале 80-х годов, им и его учениками переведены все книги Священного Писания, а учениками – еще и “Номоканон” (собрание церковно-канонических правил).
Святитель Мефодий пребывает в Моравии безотлучно со II-й половины 874-го по 878 год. Вокруг него уже целая плеяда его учеников и помощников, местных уроженцев: Климент, Горазд, Савва, Ангеляр, Наум, Лаврентий (все прославлены во святых, память 27 июля ст.ст.). Совершается успешно перевод Священного Писания: сначала Нового Завета, затем Псалтири. Учениками святого Мефодия переводится уже и Пролог и назидательная литература.
В конце 874 года заключен союз между Моравским и Чешским княжескими домами – и влияние святого Мефодия распространяется и туда. По преданию, от него приняли крещение чешский князь Боривой и Людмила, жена его (позже, в 927 году приняла мученический конец).
И всё бы это было хорошо, но беда в том, что Святополк, как мы уже упоминали, был человек без почвы и, в глубоком смысле, без корней (в этом смысле он сильно отличался и от нашего Владимира Святого, и от равноапостольного Бориса Болгарского и даже от Симеона Болгарского). В сущности, страна, ее устроение для него всегда отходили на второй план, – а на первом оказывались личная власть, личные удовольствия, отчасти -–личная слава. Святитель Мефодий был ему тяжел; прежде всего, – пастырской строгостью, тем, что призывал к покаянию. А к Церкви, да и к спасению Святополк был равнодушен, пребывая в душе полуязычником.
На первых порах (в конце 874 – начале 875 годов) Мефодий удалил из страны немецких священников, – но они проникают вновь и получают доступ и к князю, потакая его слабостям (в частности, слабости к женскому полу).
И вот, в начале 879 года, к Римскому папскому престолу направляется первый донос на Мефодия – сомнение в его правоверии (Мефодий служил по православному обряду, на квасном хлебе); притом, донос подписан князем Святополком, но подготовлен теми немецкими священниками, которые в свое время были Мефодием удалены, но нашли приют у князя Святополка.
Если бы донос исходил только от клириков, то он бы не рассматривался, так как донос подпадал бы под каноническое понятие “ковы” и согласно 18-му правилу IV-го и 34-е правилу VI-го Вселенских Соборов – “за ковы клириков против своего епископа полагается извержение из сана”. Но поскольку донос был подписан Святополком, то Римский папа не имел возможности оставить его без последствий.
В это время папский престол занимает папа Иоанн VIII, который как раз и направил Мефодия в Моравию и в Паннонию и после прекращения смут в Моравии напомнил ему, что и Моравия есть также область Мефодия.
Святителя Мефодия вызывают к папе; и циркулярным письмом Римского папы Иоанна VIII от 14 июня 879 года святителю Мефодию дан запрет на богослужения на славянском языке, то есть богослужения разрешаются на языках – латинском и греческом. На национальном языке разрешаются только проповедь и пастырские беседы, а также домашняя молитва. Из соображений икономии допускается славянский язык для треб, но не для литургии. По сравнению с Адрианом II позиция Римского престола явно изменилась.
Но, ведь, это был не первый донос, так как Иоанна VIII осаждали доносами и всяческими жалобами на Мефодия. В сущности, это – снижение тона, по сравнению со своей твердой позицией 873 – 874 годов, – тогда папа закрыл все церкви в епископии и в Франкфуртской и в Пассавской, пока не освободят Мефодия из заключения и не вернут его достоинство, то есть его законную кафедру.
Архиепископ Мефодий отправляется в Рим, получив папский рескрипт от 14 июня 879 года, куда и прибыл к концу 879 года. В это время в начале 879 года Римский престол признал восстановление патриарха Фотия на Константинопольской кафедре (Фотий – учитель Мефодия). То есть с другой стороны, церковно-политическая ситуация развивается. Фотий со своей стороны не позволяет ни единого намека на правомерность подчинения Мефодия Римскому папскому престолу. Если Болгарию отстаивают, что это есть автономная церковь греческого диоцеза, то Моравию и Паннонию Фотий совершенно отпускает.
Мефодий представляет папе свои объяснения (в частности, Символ веры без филиокве). Эти объяснения папой Иоанном VIII и его синклитом признаны. Вообще, папа Иоанн VIII вел себя сообразно правилам икономии – похвалил Святополка за приверженность святой Римской Церкви и верность папе. А затем добавил, что Святополк, как мирянин и, значит, не слишком искушенный в вопросах вероучения и благочестия, мог впасть в ошибку. Поэтому Римский папа своим авторитетом подтвердил правоверие архиепископа Мефодия.
Затем происходит в Риме еще одно непоправимое дело. А именно, святитель Мефодий – единственный епископ на две страны: Моравию и Паннонию; и он, следовательно, может посвящать только пресвитеров и диаконов, но он не может единолично совершить хиротонию нового епископа. Поэтому для помощи Мефодию в Риме посвящается в епископы Викинг (немец), что и явилось источником, в дальнейшем, огромных скорбей.
Папа, при этом, доброжелательно представляет Мефодию свои соображения, что теперь он имеет возможность уже из своих учеников, которые в сане пресвитера и диакона, самостоятельно рукополагать епископов для Моравии и Паннонии. То есть архиепископии даются вполне определенные права автономии, примерно те же самые, что будут потом на Руси (начиная с 1037 года).
Но Русь – это другое дело, так как Германии туда хода не было. Когда приехал святитель Михаил – первый митрополит Киевский, то он сразу приехал с несколькими иерархами и сразу же стал с ними работать по устроению Церкви. Святитель Михаил сначала из греческого духовенства стал готовить добрых пастырей; в том числе сюда входит и умение учитывать местные условия, национальный характер, то есть пастырь должен был иметь некоторые миссионерские навыки.
Ситуация в Моравии и в Паннонии другая – здесь немецкое духовенство двух епископий, то есть Пассавской и Зальцбургской, лишилось источника дохода, а это их не устраивало.
В конце 879 года состоялось новое определение Римского папы о славянском языке, в котором написано: “Нисколько не противно истинной вере и правому учению петь обедни на том же славянском языке”, то есть все определение Адриана II было восстановлено, как и постановление Венецианского собора 868 года, - “или читать Евангелие, или чтение (богослужебное) из Ветхого и Нового Заветов в хорошем переводе. И, вообще, отправлять обычные дневные службы. Ибо Тот, Кто создал три языка: еврейский, греческий и латинский - создал и все прочие языки в честь Свою и славу. Впрочем, повелеваем во всех церквах земли твоей, ради вящей торжественности, читать Святое Евангелие сначала на латинском, а потом уже в славянском переводе для тех, кто не в состоянии понимать латинского текста, как это и делается уже в некоторых церквах”. (В католической Германии так делается до сих пор). “Если же тебе и твоим вельможам” - это уже обращение к Святополку Моравскому – “предпочтительнее слушать литургию на латинском языке, то мы даем это разрешение” (880 год, Рим).
Святитель Мефодий возвратился в Моравию оправданный, но с епископом Викингом, посвященным во епископа Нитрянского, то есть в области Мефодия. Паства равноапостольного Мефодия потихоньку разбивается и поляризуется на две партии: славянскую и про-немецкую. Сказано: “град, раздельшийся сам в себе, не устоит”. Пронемецкая партия славян по происхождению, мораван, получила себе возглавителя – епископа Викинга.
В самом Риме в это время прибавка “филиокве” еще не была утверждена и не встречала единодушия и среди Римских пап. Папа Лев III (796 – 816 г.г.) решительно восставал против филиокве. Папа Иоанн VIII в переписке с Фотием относительно филиокве занимал вполне разумную позицию, то есть папа отрицает всякие прибавки к Символу веры.
События в Моравии начинают потихоньку напрягаться – растет противостояние, которое может разразиться катастрофой. Оружие клеветы было на время оставлено после оправдания Мефодия, но было принято оружие тайного слуха (по – русски “запечный шепот”). А именно, распространяется слух, что у Викинга – секретные полномочия следить за Мефодием, а дальше две клеветы. Первая, что грамота папы подложная, а вторая, что святитель Мефодий в Риме не признан архиепископом.
Все эти шепоты, слухи вьются вокруг княжеского дворца, но все-таки носителями их является духовенство и, тем самым, навлекает на себя прещения согласно 34-му правилу VI-го Вселенского Собора.
Мефодий жалуется в Рим на ковы и просит у папы не только заступничества, но и соизволения применить каноническое правило. Папа в ответ увещевает его – не давать значения сплетням, не предаваться унынию, но всему радоваться и, в том числе, и козням, по Апостолу – “всегда радуйтесь, непрестанно молитесь”. То есть папа прямо ссылается на 1-е послание к Солунянам, глава 5, ст. 16-17 и это делается с намеком, так как Мефодий родом из Салоники. Как бы твоим предкам послано послание апостола Павла, тебе ли забывать!
У Тургенева есть выражение, что есть “случаи, когда деликатность неуместна, хуже грубости”. То, что папа Иоанн VIII пошел навстречу главе государства и посвятил Викинга во епископа Нитрянского, это и позволило создать в Моравии сильную оппозицию антимефодиевскую. Эта оппозиция получила доступ ко двору Святополка, которого история гражданская называет первым резко выраженным антинационалистом в славянском мире. (У нас свой такой был Петр III, но ему не дали развернуться).
Начиная с 880 года Мефодий окружен травлей и клеветой, но не унывает. Собирает церковное совещание клира и мирян и на нем оглашает письмо папы. “Когда стали читать папское послание, то в нем нашли полное признание правоверия архиепископа Мефодия, равно и подтверждение того, что ему вручены от Бога и от апостольского престола все славянские страны”. К этому времени положение Мефодия было уже до такой степени трудным, что епископ Викинг не был судим за клевету и это было ошибкой. (Русская Православная Церковь тоже при Александре I будет в похожих условиях.). Даже не было назначено расследование о слухах – кто распускает.
В конце 882 года скончался папа Иоанн VIII, который оставил по себе добрую память, даже в житиях православных христиан (например, житие Мефодия, принадлежащее его ближайшему ученику Клименту Охридскому).
884 год – святитель Мефодий решился на справедливую, но запоздалую меру: он отлучил от церковного общения епископа Викинга. Святополк воздержался от крайних мер; но в Рим передали кляузу на Мефодия, подписанную и Святополком. В Риме уже новый папа Стефан V. Ответ Стефана V не застал Мефодия в живых. Равноапостольный святитель Мефодий скончался на Страстной неделе 6 апреля 885 года.
О праведной кончине святителя Мефодия сохранились некоторые сведения. В Вербное воскресение народ собрался в церковь, но архиепископ Мефодий не мог уже встать с постели и благословил народ и князя, то есть простил Святополку все, и предсказал свою смерть через три дня, то есть в Великую Среду. Похоронен в Велеграде в церкви Пречистой Девы Марии.
Папа Стефан V вновь высказывается за филиокве и запрещает богослужение на славянском языке за исключением: “тех случает, когда делаются поучения простому народу. Или читаются Евангелие и Апостол в хорошем переводе на местный язык” - это послание папы Стефана V второй половины 885 года.
Это письмо не застало Мефодия в живых, но как только в Рим было послано официальное уведомление о кончине святителя Мефодия, то в преемники ему прямо назначался Викинг, запрещенный Мефодием, то есть запрет вменили в ни во что, а Викинга назначили, чтобы лишний раз не связываться – для простоты.
Мефодий оставил завещание, в котором он указывав как на преемника - на Горазда.
Правда, без законного избрания Горазда нельзя было поставить, но, во всяком случае учесть предсмертную волю Мефодия вполне можно было.
Назначение Викинга развязало руки оппозиции. И, тем временем, Горазд был избран клиром и народом во архиепископа Моравского.
Народ избрал Горазда, а Римским престолом был назначен епископ Викинг. Но сказано: “Дерзкая партия немецкая отстраняет Горазда от управления Церковью и воздвигает гонения на приверженцев Горазда”. И сказано: “И украсились они исповедническими венцами”.
Учеников и приверженцев Горазда даже продавали в рабство, притом и молодых священников и дьяконов. Непосредственных учеников святителя Мефодия (память 27 июля) заковали в цепи и бросили в темницу. И это не немцы, а это мораване, столько лет ими окормляемые. Но Бог оправдал их: случилось землетрясение и с них спали оковы – чудо явное, чудо, подобное апостольским временам. Но не вразумились – на них нацепили другие кандалы, более тяжелые, но три дня спустя – новое землетрясение; и гром, гремевший без молнии и дождя и снова с них спали оковы. И в третий раз тоже самое, но сказано: “Ничего богопротивники не сказали князю Святополку” (князь все же боялся святых мужей, да и знамений тоже). Наконец решили, что дело нужно как можно быстрей “замять” и приказали выгнать учеников Мефодия из города и совсем из страны. Сделано было в духе “хрущевского времени”, так как даже не озаботились их отправкой куда-нибудь, а просто отвели далеко за город (от Велеграда) и оставили там.
Равноапостольные ученики Мефодия насильно в Моравию и Паннонию возвращаться не стали, а отправились в Болгарию, таясь и идя в основном ночью. Благополучно прибыли в Болгарию и там соединились и всей группой были представлены равноапостольному царю Борису и с радостью были приняты им. Все это произошло в конце 885 года.
Апостольская миссия учеников Мефодия продолжалась уже в Болгарии под покровительством равноапостольного царя Бориса и затем его сына царя Симеона Болгарского.
В Моравии же продолжат жаловаться папе. Главные, с их точки зрения, смутьяны уже ушли, а продолжают жаловаться, но уже не на славянскую оппозицию, а на Викинга, что он не пастырь, а – волк. Тогда из Рима посылают комиссию из трех папских легатов, но комиссия бессильна, так как в стране начинается смута и церковная анархия. Папа Стефан V не находит ничего лучшего, как оспаривание права Горазда, которого уже нет в Моравии, и приглашает Горазда в Рим для решения дела. Горазд, Лаврентий и Ангеляр - в Болгарии, а Болгария – диоцез Константинополя.
Епископ Викинг занимается одним: изгоняет и вытравляет дело равноапостольного Мефодия. Самой непоправимой ошибкой папы Стефана V было посвятить Викинга, запрещенного Мефодием, в архиепископа Моравского, то есть вменить запрещение ни во что.
892 год – начинается новая война между Святополком и немецким королем Арнульфом. Викинг сбежал с кафедры к врагу, к Арнульфу. Арнульф в попрание всех церковных канонов сделал Викинга канцлером, тогда как духовное лицо не может занимать мирской должности. (Мазарини позднее – совмещал церковную должность и государственную и это было уже после Великой схизмы). В этом случае, Викинга сделали канцлером вопреки 4-му и 7-му правилам IV-го Вселенского Собора.
894 год – умер Святополк. Новая смута в стране и нападение Баварского королевства на Моравию. Нападение Баварии отражены сыном и преемником Святополка Моймиром II. Моймир II антинациональной политикой не отличался, он был совсем другого духа – он был в духе благоверного князя Ростислава Моравского. К сожалению, ситуация в стране была не благоприятной для гражданского и церковного мира.
По желанию Моймира II новый папа Иоанн IX в конце 899 года посылает в Моравию от себя архиепископа Иоанна и епископов Бенедикта и Даниила для самостоятельного церковного устроения Моравии.
Первая половина 900 года – протест Баварских епископов, направленный в Рим, где сплошной волчий вой – “Наше! Никому не дадим!”.
Моймир II и народ и папа Иоанн IX не стали отстаивать церковного дела и пустили все на самотек. Тогда Божье долготерпение преисполнилось и явился Божий бич – появилась в Европе новая орда, подобная гуннам и тоже тюркского происхождения – угры (мадьяры). (Происхождение неизвестно). Угры были откровенные язычники и притом язычники кровожадные - убийства иноплеменников по их вере сулило им благоденствие загробное. Поэтому угры отличались немыслимой жестокостью и навели ужас на всю Европу. В 907 году угры разбили и мораван и немцев и утвердились в Моравии и в Паннонии, где и находятся до сего дня - Венгрия.
Христианское просвещение этих стран отодвинулось на века, но спустя несколько веков (около 200-т лет), после Великой схизмы, – эти страны стали уже откровенно католическими.
Мораване, как этнос, как народ, вытесняемый уграми, стали двигаться к северу и остановились у водораздела Западных Карпат – это тот народ, который ныне называется словаками. (Чехия – это другой народ).
Историософские и историко-церковные выводы: Народ, не отстоявший себя церковно не в силах отстоять себя и государственно и географически и даже этнически, то есть утрачивает самоназвание.

История. №31. (№3)
Начало просвещения славянских народов. III-й период.
1. Апостольское служение учеников равноапостольного Мефодия: равноапостольные Климент Охритский, Горазд, Савва, Наум, Ангеляр, Лаврентий (память 27.07 ст.ст.). Просвещение Болгарии при царях Борисе и Симеоне.
2. Создание Византийско-славянской православной культуры. Предпосылки крещения Руси (кахетизация древней Руси).
3. Другие славянские страны.
Заключение.

886 год, после событий в Моравии, когда были выгнаны ученики Мефодия из Велеграда. Постепенно ученики равноапостольного Мефодия, перетаиваясь днем и идя ночью, разобщившись, достигли Болгарии, где в середине июля 886 года они были представлены равноапостольному царю Борису и были им приняты с любовью, получили полное разрешение на проповедь и церковное дело. То есть они получили новую страну для осуществления своей апостольской миссии, по слову Господню, что “если вас гонят из одного города, бегите в другой” (ср. Мф.10,23).
Рассмотрим события в самой Болгарии, которые предшествовали середине 886 года.
При патриархе Игнатии Господь устроил так, что христианское просвещение Болгарии совершалось под началом Константинополя, то есть Болгария вошла в Константинопольский диоцез – в область влияния Константинопольского патриархата, но это еще очень далеко до христианского устроения Болгарской церкви, как поместной. Фактически в Болгарии принимается греческое духовенство, в основном пресвитериат, – епископов нет. Поэтому с приходом учеников равноапостольного Мефодия у царя Бориса появляется надежда, что их-то Болгария и ждала.
В 878 году начинается второе патриаршество патриарха Фотия, к которому опять прибывает болгарское посольство для подтверждения автономии болгарской Церкви. По сравнению с 869 – 870 годами в 879 – 880 годах Болгарская Церковь получает начатки церковного устройства на началах автономии (здесь чувствуется каноническая рука Фотия). И первый архиепископ – Иосиф Болгарский; назывался по стране “Болгарский”, так как нет кафедрального города. Болгары (булгары) еще фактически - кочевники, да и царь живет почти в шатре в старом ауле в городе Плиска.
Когда прибывают ученики равноапостольного Мефодия, у Болгарии все же есть какое-то церковное устроение и дополнительного согласования с Константинополем было не нужно; и сам царь Борис сразу же выражает желание, что вот это - его будущий епископат, вот это настоящие просветители.
И святой Климент посвящен во епископы города Струмицы, конечно, с разрешения святителя Фотия; а позднее он имел титул архиепископа Болгарского. Болгария тогда была больше, чем сейчас, так как в нее входила южная Югославия - Македония. Кафедральными городами становятся: город Охрид (теперь в Югославии), Преслав, Проват (ближе к Черному морю), Девин (на юге). (Хотя в Болгарии в это время фактически нет городов, а есть некоторые оседлые места).
Следующий патриарх Константинопольский Николай Мистик признал автономию Болгарской Церкви и без административного контроля Византии. Впоследствии уже ученику учеников равноапостольного Мефодия, епископу Иоанну, усваивается титул “экзарха Болгарского”.
Таким образом, государственная ситуация в Болгарии, по сравнению с Моравской, для учеников равноапостольного Мефодия была как нельзя более благоприятной, то есть вместо Святополка Моравского, который был склонен стать предателем собственного народа, здесь они нашли благочестивого царя. В Моравии немецкие епископы притязали на всякие церковные права, а само население разбивалось на две партии: славянскую и пронемецкую, но здесь никаких немцев нет, а греческое духовенство всегда отличалось лояльностью и, более того, уважением к неповторимому церковному пути той страны, где им привелось служить.
С 886 года по 889 год (когда нет вообще никаких государственных событий) – начало деятельности равноапостольных просветителей Болгарии.
Равноапостольный Климент уже получил епископский сан: первая кафедра Струмицкая, затем он – епископ Величский; и последняя его кафедра – Охридская, с этим титулом он и вошел в церковную историю. Ученики равноапостольного Мефодия занимали разные епископские кафедры в Болгарии: Наум Охридский (в более поздний период, нежели Климент). И ученики этих учеников раноапостольского Мефодия - Константин Преславский (Преслав – новая столица Болгарии) и Иоанн – экзарх Болгарии.
Четвертое поколение учеников: Петр Черноризец, то есть монах, Косьма – пресвитер, монах Храбр (перевод имени Андрей), Григорий Пресвитер. Они уже не святые, но они знаменитые просветители – работники христианского просвещения Болгарии.
Учениками в спокойной обстановке доработан перевод всех книг Священного Писания, то есть закончен перевод Библии на славянский язык и переведены святоотеческие толкования к книгам Ветхого и Нового Заветов. И, прежде всего, - толкование Иоанна Златоуста.
Сын царя Бориса Симеон Борисович Болгарский тоже был просветителем Болгарии и церковным писателем: он перевел 136 слов (проповедей) Иоанна Златоуста – так называемый “Златоструй” – болгарское название. А также переведены проповеди Григория Богослова, труды Василия Великого, Иоанна Дамаскина, Ефрема Сирина, каноны монаха Антиоха (“Покаянный канон”, “Канон Божией Матери”, “Канон ангелу-хранителю”). Переведены Акафисты, сборники песнопений, то есть в работу вовлечено все грамотное население страны и по этим переведенным произведениям уже учат грамоте. Переводится и пускается в широкий оборот богословие Иоанна Дамаскина и монашеское руководство - “Лествица” Иоанна Лествичника и ее читают не только монахи, но и миряне. Становится ясно, что православное христианство в славянском мире – всерьез, так как и не грамотные получили возможность воспринимать слово Божие и службу на слух, чего они были лишены при греческом и латинском прозелитизме.
Равноапостольный царь Борис, увидев “зеленые всходы на ниве Господней”, решил, что его апостольская миссия закончена, поэтому в 889 году он слагает с себя бремя власти и удаляется в монастырь, чтобы провести остаток дней в покаянии и молитве.
Но его старший сын Владимир Борисович под влиянием различных конъюнктурных соображений (борьбы разных партий) вдруг решил вернуться к язычеству и уже предпринял по этой части кое-какие шаги. К счастью, деятельность Горазда, Климента, Саввы и других показалась ему не столь важной и он не преследовал учеников Мефодия. Но деятельность Владимира заставила царя Бориса (пострига в монахи еще не было) оставить монастырь, вернуться к власти и лишить старшего сына престола. Царь Борис просто выслал своего старшего сына (Петр I поступил не так в отношении своего сына), а престол закрепил за другим своим сыном Симеоном Борисовичем. Симеон с детства после 870 года учился в Константинополе, то есть получил уже христианское воспитание. (Святополк Моравский был воспитан в школе немецкой).
893 год – воцарение царя Симеона (на престоле с 893 г. по 927 г.), который в совершенстве знает греческий и славянские языки (грамоту). Царь Симеон не был святым и сказалось это в том, что он не был свободен от “мечтательства”.
Мечта его была следующая – создать новую византийско-славянскую империю, то есть влить в старую Византию свежие славянские силы. Видимо, когда он был в Константинополе, то почувствовал внутреннее старение империи.
Но к этому моменту у славян не было ничего готового, как, например, когда Рим передавал свои полномочия в Константинополь: Константин перенес все Римские государственные установления, начала Римского права, административное устроение – все было готово.
Новую империю Симеон мечтал устроить под своим скипетром и с ядром и с базой в Болгарии. Это намерение не вышло, потому что это не соответствовало Божьему домостроительству в ту эпоху. Симеон в этом отношении напоминает  Карла Великого. Но и Карлу Великому создать Западную Римскую империю не удалось, так как все очень скоро рассыпалось на государства. Карлу, который мучился теми же имперскими планами (формообразующее начало - немецкое), но и его планы остались только в проекте, удалось создать только особый клан политизированного немецко-латинского духовенства – ядро будущего Кальвинистского движения и ядро будущей немецкой реформации.
Царь Симеон (к счастью) был современником благочестивых и даже святых людей: таких, как патриарх Николай Мистик, император Константин VII и его соправитель Роман Лакапин. Они действовали на Симеона в основном орудием увещания. Фактически с имперскими планами Симеон постоянно против Византии воевал, то есть почти все 34-е года его царствования Болгария находилась в состоянии военного напряжения: от вооруженного нейтралитета до осады Константинополя. В это время Симеон принял на себя самозванный титул: “царь болгар и ромеев”. Роман в переписке буквально усовещивает его: “Какая польза именоваться царем болгар и ромеев, когда Богу это не угодно”. 
При патриархе Льве VI (ум. 911 год) – только пограничные конфликты, например, осада Андриаполя. 913 год – осада Константинополя, но патриарх Николай Мистик убеждает Симеона, и он  снимает осаду. И в дальнейшем Симеон постоянно воевал с Византией. Было выиграно огромное количество побед, но проку от них не было.
В планах Симеона Болгарского существовал очень значительный момент - Симеон Болгарский понимал, что создание византийско-болгарской культурной базы – это первое условие, чтобы Болгария стала ядром новой империи. Это и было причиной того, что он постоянно поддерживал и покровительствовал усилиям религиозного и культурного просвещения. В отличие от Петрова “просвещения”, которое было мнимым, здесь просвещение было настоящим.
Сам Симеон занимался переводом Иоанна Златоуста и эти переводы – классические (“Златоструй”). При Симеоне переведены 12-ть книг Четий Миней, Синайский, Скитский (Египетский) и Римский патерики. (Скитский патерик у нас известен как “Древний патерик”). Постоянно переводилась житийная литература. Создается научная энциклопедия и все это на славянском языке - два свитка под названием “Шестоднев”. Один из них принадлежит Иоанну – экзарху Болгарскому. “Шестоднев”, то есть толкование на книгу Бытия, на самом деле включает в себя все научные знания того времени. То, что сейчас называют “естествознание с позиции креационизма”; в наше время – естествознание с позиции эволюционизма. Затем – исторические труды: переведены хронографы Иоанна Малалы и Георгия Амартола. Климент Охридский написал житие Кирилла и Мефодия.
Так постепенно при царе Симеоне Болгарском и был создан книжный фонд для славянского просвещения. После 929 года эти книги попали на Русь.
Хотя царь постоянно занят войной, но все же хочет что-то противопоставить Византийской культуре, чтобы была своя национально-культурная база – и эта идея (национальная) у Симеона была основополагающей. (Игумен Иоанн (Экономцев) “Золотой век Болгарского просвещения при царе Симеоне”). Но все, что делал Симеон, – это все же ограниченно-человеческое, а Господь благословил большее и именно Божие дело, которому действительно не суждено было умереть – это, прежде всего, все усилия святых учеников равноапостольного Мефодия направлены - не на захват церковных должностей. И если их посвящали в епископы, то только при крайней нужде, а сами они к этому не стремились, в отличие от немцев. Большинство этих религиозных просветителей оставались простыми монахами и священниками, а их силы были направлены на просвещение всего народа, то есть не только на создание национально-культурной школы, а на воспитание живых душ.
Отсюда – развитие учительства и учительского преемства, то есть они сразу начинают готовить будущих учителей и, естественно, начинают образовываться начальные, средние и высшие школы. И эту поистине апостольскую задачу благословил Господь, ибо пришло для нее время. Поэтому греческое священство довольно быстро растворяется в массе новопросвещенного христианского православного народа, то есть греческое духовенство только вкраплено и все они тоже учат славянский язык.
Несмотря на постоянное напряжение между Болгарией и Константинополем, греческое духовенство, как впоследствии и в Киевской и в Московской Руси, совершенно “забывает” о патриотический интересах, то есть главная забота о вере, поэтому занимаются только церковным делом на ниве Господней, отечество взыскуют Небесное.
Такое же положение было потом и на Руси: от митрополита Михаила и до святителя Феогноста (греков по национальности) и Киприана (не то серба, не то македонца) – этот же процесс, то есть вся забота о вере и помощь своему князю, возглавителю страны, по мере надобности. Поэтому духовенство Константинопольского посвящения занимается одним делом – Божиим.
Это свойство воспримет и Русская апостольская миссия. Равноапостольный Николай Японский пережил Русско-японскую войну 1904 - 1905 годов (он скончался в 1912 году). Он даже не стал домогаться роли миротворца, потому что не чувствовал Божьего призвания на это служение, а только воспитывал новопросвещенных японцев в христианском милосердии к русским военнопленным. Сергий Тихомиров – митрополит Японский и гражданство принял японское.
Климент Охридский скончался в 916 году (после него Наум занимает Охридскую кафедру). С 886 года до 916 года – 30 лет апостольского подвига. Школа святого Климента уже работает как серьезное учебное заведение, не ограниченное просто грамотой и катехизисом, то есть изъясняются спасительные Заповеди и божественные догматы, и все это одновременно с преподаванием грамоты – это новое. Создаются училища для взрослых (особенно в Македонии).
В результате, одних “избранных” учеников Климента Охридского до 3500 человек.

Основные рычаги просветительской деятельности: школа, понятная книга, проповедь на родном слове, живой пример, и общая молитва. Живой пример – пример веры и благочестия. Учеников воспитывают так, чтобы они могли служить и нравственным примером: как говорил патриарх Сергий, “плохо, если епископ – только столб, указывает направление, а сам никуда не идет” – такое не практиковалось.
Сборник Святославов 1073 года – это переписанный для князя Святослава Ярославича, князя Черниговского, сборник богословских, философских, ораторских произведений, а составитель его – царь Симеон Болгарский. Царь Симеон никогда не оставлял духовной литературной работы.
Таким образом, на базе территориальной Болгарии церковно-славянский язык и православное славянское просвещение делалось и органом культурного взаимодействия славянских народов. Именно поэтому еще до крещения на Русь проникают и книги и грамота. Взращенные кадры культурного просвещения совершают систематизацию культурного наследия в форме единой энциклопедии: по богословию, философии, историографии, естествознанию.
Византийско-славянский IX-й – X-й века (по отцу Иоанну (Экономцеву)) – это эпоха эрудитов: эрудитом был Фотий, эрудитом был Константин Философ, эрудитом был царь Симеон Борисович, а также Иоанн – экзарх Болгарии.
Эта культурная база дает свои отростки – даже в порядке обмена ценностями она проникает на Русь еще задолго до крещения, но особенно после него. Русь получила все готовое. Ярослав Мудрый читал книги постоянно, и именно эти книги. И для князя Ярослава и его сыновей и, особенно, для младших Святослава и Всеволода, - составляются переложения и компиляции книжного фонда с разных других произведений.
Таким образом, периоды просвещения славян:
Первый период –  до 869 год (год кончины Кирилла) – Кирилл и Мефодий.
Второй период – архиепископия святителя Мефодия (Моравия, Паннония и Чехия) – ограниченное просвещение из-за противодействия духовенства Германии.
Третий период – Болгарский – духовное просвещение славянского мира.
Четвертый – просвещение Руси.
Имена киевских культурных просветителей не известны, но известно, что школы возникли с первых месяцев крещения Руси, хотя сам князь Владимир был не грамотным. В школы детей нужно было отводить в обязательном порядке. Как писал впоследствии митрополит Илларион в “Слове о Законе и благодати” - “Яко издавна научены, тако течаху радующееся крещению”. То есть с 928-го года по 988-й год (60-т лет) – шестидесятилетний период кахетизации древней Руси.
В июне 927 года Симеон Болгарский скончался. Его старший сын Петр Симеонович заключил с Византией вечный мирный договор – договор от октября 927 года. Этот договор был скреплен браком Петра с царевной Марией, которой дали новое имя Ирина (“мир” в переводе с греческого). Этот договор, конечно, неоднократно нарушался, но, главное - это само намерение.

Другие страны славянские. Отношение Рима и Римского папского престола к просветительной миссии среди славянских народов.
867 - 868 годы – приход Кирилла и Мефодия в Рим.
В лице папы Николая I и папы Адриана II прямая поддержка дела святых братьев. И Венецианский собор, и добросовестный запрос папы Николая I о славянской грамоте.
В эпоху архиепископии Мефодия у папы Иоанна VIII (его потом назвали “последний православный папа”) – умеренное сочувствие делу святителя Мефодия, но и попустительство незаконным притязаниям немецких епископов.
20-е годы X-го века – к этому времени Далмация получает церковное устроения от Константинопольского патриархата, но, видимо, в самом народе оказалась некая червоточина. Все были, конечно, напуганы угорским разгромом, то есть событиями, которые произошли в 900 – 911 годах.
Внезапно откуда-то появились угро-финские племена, которые никого не брали в плен: разбиты Моравия, Паннония, все местное население вытеснено в Карпатский водораздел (будущие словаки) и, нанеся поражение Каролингам в Баварии и в Тюрингии, – венгры осели на территории Моравии и Паннонии, основали свое королевство - Венгрию.
В 10-е годы X-го века Византия заключила с Венгрией союз против Симеона Борисовича, который в свою очередь заключил союз с печенегами.
В это время Рим (папа Иоанн IX и папа Иоанн X) простирает руки на “бесхозные” славянские земли. Все побережье восточной части Адриатического моря – большая часть Хорватии, которая приняла церковное устроение при патриархе Фотии от Константинопольского патриархата. И, к сожалению, не папа был инициатором “перехода”, а светские правители страны.
События развивались так. В начале 923 года некоторые города Далмации со своими церквами и с церковной иерархией переходят под власть Римского папского престола.
В 925 – 927 годах созываются два поместных собора в городе Сплите (ныне - Сплет), а точнее, собрания, так как Далматинская церковь не имела автокефалии. Инициативу проявил Томислав – король Далмации. Сплитский архиепископ Иоанн вкупе с духовными и со светскими чинами постановили - обратиться в Рим и просить папу о присылке легатов для производства в Далмации необходимых церковных преобразований.
Прибыли два папских легата с письмом папы Иоанна X: епископ Иоанн Анконский и епископ Лев Палестринский. В письме папы говорится: “Добрым христианам не свойственно, забывая Евангельские Заповеди и апостольские постановления, обращаться к доктрине Мефодия, которого нигде не встречаем между священными авторами”. Папа ссылается на какие-то неведомые каноны! Дальше в письме идет откровенная лесть в адрес короля Томислава. “Как же такой любимый сын святой Римской Церкви, как Вы, можете допускать, чтобы божественная жертва приносилась не на латинском, но на варварском (то есть славянском) языке”.
Здесь, кроме лести и лицемерия, присутствует ложь и фальшь – причем тут апостольские постановления?! Причем тут апостольское благовестие – апостолы-то уж на всех языках говорили и проповедовали. Какое отношение к этому словоблудию имеют Евангельские Заповеди?! Лучше всего это известно самому папе. Но, как бы, отработанное клише – всех царей и королей зовут “любимыми сынами”, всех их причисляют к святой Римской Церкви и так далее.
В присутствии двух легатов состоялись два собрания в Сплите: 925 года и 927 года.
Народ выступал против, но светская верхушка Далмации и Хорватии решила отделиться от толщи своего народа. Собрания постановили: ни один епископ не может поставить священника, не знающего латыни и греческого. У Далматской Церкви изъяли все права автономии.
В Риме в это время было постоянное нестроение – с 20-го по 28-й год поменялись восемь пап. Причем, папа Иоанн X был посажен на престол своей любовницей Феодорой. В 928 году он, по приказу Марозии, младшей дочери его любовницы, был посажен в тюрьму и там убит. Марозия же посадила на престол своего незаконного сына от папы Сергия III – это папа Иоанн XI.
Последний акт в отношении славян.
1061 год: при папе Александре II, который полностью находился по влиянием Гильдербранда (то есть клюнийские времена) - новый собор и решение: “Никто не смеет совершать божественную службу на славянском языке. Никто из говорящих на этом языке не может быть посвящен в священники”.
Все священники, которые были рукоположены до этого решения, переводись просто в церковнослужители.
Таким образом, Хорватия и Далмация сами избрали свою судьбу. Босния в дальнейшем совсем не устояла в вере и перешла в мусульманство.
925 – 1061 годы: становление идейной основы хорватской национальной психологии; поэтому, 1942 год – усташи Павелича, вооруженное преследование православных; 1990 год – опять вооруженное преследование православных, хотя в 1946 году усташей судили - и судили их безбожники – коммунисты.
Славянское христианское просвещение IX-го – XI-го веков, когда уже все стороны высказались и теперь только развивались основы – предопределило крещение Руси в 988 году.